Доступно об исламе и мусульманах
Время прочтения статьи
Текущий рейтинг статьи 4.0 4.0
Количество прочтений 3994
Дата добавления 2011-03-16
Автор статьи: Здравствуй, постсекулярное общество Татарстана или Спасибо ХабермасуДанис Гараев

Здравствуй, постсекулярное общество Татарстана или Спасибо Хабермасу

Что такое постсекулярное общество и почему оно актуально для Татарстана? В традиционном понимании взаимоотношений государственных и религиозных институтов страны делятся на религиозные и на секулярные. Однако, на самом деле, такое разделение это уже прошлое

Здравствуй, постсекулярное общество Татарстана или Спасибо Хабермасу. Данис Гараев

Однако, на самом деле, такое разделение это уже прошлое. Реальность такова, что на взаимоотношения государства и религиозных институтов необходимо посмотреть по-новому. Необходим новый угол зрения. Несколько лет назад (в 2007 году) крупнейший из ныне живущих социологов, немец Юрген Хабермас написал доклад/статью, с которым выступил в Стамбуле на семинаре, посвященном диалогу цивилизаций. Статья называется «Против "воинствующего атеизма". "Постсекулярное" общество - что это такое?» (ее перевод переопубликован на «Исламском портале»). Статья на самом деле, стала откровением для академического сообщества и, по сути, вводит в академический и общественный дискурс новый концепт – постсекулярное общество.

Одним словом до свидания секуляризм, пресловутое разделение религии и государства! И здравствуй новый мировой порядок, здравствуй постсекулярное общество. Спасибо, дядюшка Хабермас. Оставим в стороне авторов, для которых постсекулярность это, когда религия растворена в постмодерне (когда грани между религиозностью и не религиозностью стираются) или для которых это новая форма религиозности (типа new age), поскольку эти имена хоть и уважаемы, но не столь значительны, как Юрген Хабермас. Тем более именно благодаря ему термин постсекуляризм получил широкое распространение.

Так что же это за общества, называемые Хабермасом постсекулярными? Во-первых, это общества, которые пережили эпоху секулярную (что естественно). Однако сам Хабермас отнес к ним только Западные страны, а также Канаду, Австралию и Новую Зеландию. На мой же взгляд, наиболее жесткое отдаление религии от государства (да и всего общества) пережили, конечно же, бывшие социалистические страны (+ можно назвать Турцию времен Ататюрка и генеральщины).

Во-вторых, особенность Хабермаса в том, что для него сама идея постсекулярности это некоторое продолжение секулярного проекта. При котором опасности полной победы религиозности, как доминирующего мировоззрения, уже нет, поэтому и «война» с религией перестает быть актуальной. Пришло время успокоиться и посмотреть на то, что «религиозное меньшинство» требует и чем религия может стать полезной для современных обществ. То есть, по Хабермасу, постсекулярность это возвращение религии в общество. Хотя точнее было бы сказать, признание со стороны государства за религией всех ее прав.

В-третьих, постсекулярность это ситуация не просто возвращения религии в общество, но возвращения, которое контролируется государством. То есть, это некоторый «договор» - религиозные институты не требуют главенства в государстве, но получают в нем некоторое свое «место» и поддержку государства. На самом деле это определенный шаг вперед. Поскольку это взаимовыгодное движение друг к другу, ведь религия получает шанс открыто заявить о себе, получает даже трибуну для пропаганды своих ценностей и возможность создания инфраструктуры для удовлетворения потребностей своей паствы.

Одним словом мы должны говорить о «возвращении религии». Однако, совершенно приемлемый вопрос – почему говоря о постсекуляризме, Хабермас европоцентрически проигнорировал страны бывшего СССР, например? Рискнем предположить, что, дело в том, что на постсоветском пространстве пока не сложилось полноценного постсекулярного общества.

Конечно, на фоне событий в Швейцарии (с запретом минаретов) и во Франции (с запретом никабов), можно поставить под сомнение изменение отношения западных государств к религиозным институтам. Однако скорее эти факты свидетельствуют, что в этих странах есть силы сопротивляющиеся общим де-секуляризационным процессам, тем более, когда речь идет о Франции, которая всегда считалась родиной и бастионом секулярного мировоззрения.

Мы привыкли к тому, что Россия, как правила, примерно на один цикл отстает от процессов происходящих на европейском континенте. Европа сейчас озабочена тем, каким образом грамотно интегрировать религиозные сообщества (как эмигрантские, так и местные) создав соответствующие условия для реализации их прав, в том числе и политических.

Стремительное возрождение религиозного сознания происходит и в России. Религиозные сообщества выдвигают все новые и новые требования, пытаются получить свое место в политическом и культурном поле страны. Это касается как наиболее крупных и традиционных для России конфессий православия и ислама, так и разных новых религиозных групп – кришнаитов, новых протестантских церквей и т.д.

Наиболее яркими примерами зарождения в России постсекулярной политики можно назвать попытку внедрить в среднюю школу преподавание основ религии и присутствие священнослужителей разных церквей в армии и тюрьмах. На низовом уровне возрождение религии больше происходит в условно мусульманских регионах: Северном Кавказе (в большей степени) и Урало-Поволжье (чуть в меньшей).

На фоне стремительно увеличивающихся религиозных общин государство естественно пытается выработать язык взаимодействия с ними. Например, в Москве создается «Фонд поддержки исламской культуры и образования», а в администрации Президента Татарстана открывается Управление по взаимодействию с религиозными объединениями.

По Хабермасу, напомним, постсекуляризм это «возвращение» религии, но уже под контролем государства. Опять таки, в России в целом и в Татарстане, в частности, государство пытается выработать такой путь этого «возвращения», который бы не угрожал безопасности самой государственной системы, а соответственно обеспечивал бы стабильность общества. Именно с этим связано, что различные деструктивные религиозные направления оказываются выведенными за скобки.

Совершенно очевидно, что религия вернулась в нашу жизнь всерьез и надолго. Теперь стоит вопрос о безболезненном и эффективном инкорпорировании ее институтов в государство. Представить себе иной путь завоевания «своего» пространства для религии практически невозможно. Однако пока у нас получаются некоторые половинчатые шаги. На мой взгляд, наиболее завершенным типом взаимоотношений религии и государства стала бы ситуация при которой священники и имамы назначались в церкви и мечети либо при непосредственном участии государства, либо через согласования с государственными ведомствами. Взамен приходы и учебные заведения получали бы полное финансовое обеспечение со стороны государства. Прекрасные условия для полноценного религиозного возрождения.

Прошли те времена (особенно 1990-е – начало 2000-х), когда наша умма пыталась выживать, получая порой сомнительные деньги от разных зарубежный фондов, преследующих свои цели. Сидя на подобной финансовой игле, религиозные общины странным образом обособлялись от российского общества и государства, воспринимая как единственный ориентир арабские религиозные страны (культура, история, политические системы которых принципиальным образом отличаются от нашей). Однако каковы реальные перспективы подобного «возрождения»? За примером далеко ходить не надо – ситуация на Северномо Кавказе лучшая иллюстрация.

Многим придется выбирать – либо жить в России и пытаться выстроить свои корректные взаимоотношения с государством и со своими согражданами (мусульманами, христианами, атеистами, пофигистами и др.), либо: всего доброго. Поощрением определенной лояльности к себе со стороны государства станет новая политика в религиозной сфере, имя ей – постсекуляризм. Придумывать, конечно, чего-то специально не нужно, как и пытаться дать специальное название этой политике. Речь идет о естественном процессе, который мы уже наблюдаем. А слово «постсекуляризм» это, по сути, термин которым пользуются социологи, политологи, религиоведы, чтобы описать изменяющуюся картину взаимоотношений религиозных институтов, сообществ и государства.

Надо согласится с Хабермасом, что постсекуляризм это, безусловно, модернистский проект, некоторое новое проявление секуляризма, но уже в ином качестве – государство не борется с религиозными группами и институтами, оно снова заключает с ними взаимовыгодный договор по разграничению полномочий. Только теперь религия это не враг, а естественная часть государства, которая имеет те же права, что и все остальные. Продолжение может быть самыми разными. Например, в Турции, на мой взгляд, самой постсекулярной стране, к власти приходят промусульманские силы и, не меняя светское устройство страны, они превращают ее в самую прогрессивную исламскую нацию в мире, с развитой экономикой, наукой и мощным духовно-нравственным возрождением.

Одним словом, в новых условиях религиозные институты, в нашем случае, мусульманские должны осмыслить свое место в обществе и способ взаимодействия с государством. Государство же оценив силу религиозного возрождения, сделала шаг на встречу. Вопрос теперь в том, смогут Духовные управления извлечь из этого пользу для мусульман? Время покажет...

Использованные источники: http://islam-portal.ru
Комментариев: 1
Оцените эту публикацию
avtor_danis_garaev Основной автор
Данис Гараев
Текущий рейтинг: 4.0. Голосов: 1

Отзывы и комментарии к статье

avatar
1 • 21:12, 2012-06-02
Религия обязательно должна быть частью общества. Но надо быть снисходительными и уважать людей и других религий, или я не права?
avatar
© 2010-2018 MuslimBlogs.Ru
Блогеры, журналисты, аналитики, учёные
Об обработке персональных данных
и политике конфиденциальности
MuslimBlogs
Сайт входит в российскую сеть мусульманских сайтов Muslimnet
Этот замечательный сайт
сделан в студии Ариф.